Банкротство: регулирование и судебная практика

Банкротить больше некого? Нет, до этой утопии мы еще не добрались. В нашей реальности – банкротство – это вечная классика, о которой можно говорить, не переставая.

Множество лиц, разные интересы, уголовные статьи и неправовые методы переплетаются в сложную канву взаимоотношений, которые банкротные специалисты распутывают ежедневно. Но как не запутаться в этих конструкциях и постараться спасти бизнес или хотя бы его собственников?

Пока одни гадают, как «достать» активы из зарубежа, кто теперь считается КДЛ, как работает субординация и пытаются сделать хоть что-то, чтобы обезопасить свою компанию и себя, мы уже подготовили дайджест последних изменений. Секреты ведения трансграничных споров, отличия мажоритария от КДЛ и проверка контрагента на признаки банкротства в кризисный период – вот, без каких знаний любая компания под угрозой.

Наша конференция — место встречи тех, кто устал от пассивной обороны и постоянной слежки за изменениями, появляющимися сиюминутно. Мы дадим инструкции к действию по спасению и защите бизнеса!

Программа

Сессия 1: Банкротные дебаты «Глобальные правила игры»
Первая половина 2026 года ознаменовалась тектоническими сдвигами в регулировании трансграничной несостоятельности. В феврале рабочая группа МПА СНГ одобрила проект модельного закона. Но остается много вопросов: «К чему приведет регулирование трансграничного банкротства на законодательном уровне?», «Рабочий ли это инструмент в станционных реалиях?», «Дорого ли это?».

Две команды: «Скептики-прагматики» и «Адвокаты регулирования» устроят жаркие дебаты и обсудят вопросы трансграничного банкротства. А зал проголосует: "Кто же был убедительнее?"

Раунд 1. Регулирование трансграничного банкротства в 2026: Спасательный круг для экономики или бесполезная бюрократия?

Раунд 2. «Цена вопроса» Стоимость и риски процедуры делают её доступной только для гигантов. Или же ее можно сделать доступной каждому желающему?

Раунд 3. «Исполнимость - ахиллесова пята банкротства?» Российское банкротное решение стоит бумаги, на которой написано, или у него есть реальная сила за рубежом?

Сессия 2. КДЛ без маски: щиты и мечи для добросовестных управленцев
 Расширение круга КДЛ: под ударом ли ключевые контрагенты?
Должность vs реальный контроль: неужели субсидиарка может затронуть даже простого юриста?
Банки как КДЛ: реальность или миф?
Расчет субсидиарки: версия 20.26. Анализ правил из постановления ПП ВС №23
Субсидиарка для "трансграничных" бенефициаров: как дотянуться до тех, кто управлял бизнесом из-за рубежа, используя номиналов?
Банкротный коктейль: как работает одновременное применение субсидиарки и возмещения убытков?
Как суды трактуют понимание «теневых» бенефициаров в контексте привлечения к ответственности сегодня?
Перечень «подозрительных» сделок в 2026 году. Какие взаимодействия под ударом? 

Сессия 3. Кто последний? Новые правила субординации и риски для бизнеса
Cramdown «по-русски»: когда суд сам решает, что бизнес можно реабилитировать?
Критерии определения контролирующего и аффилированного лица для целей субординации: как доказать грань между "контролем" и "влиянием"?
Мажоритарии = КДЛ: как не стать из кредитора должником?
Новые формы компенсационного финансирования: возможно ли выбрать оптимальную форму с минимальными рисками?
Заключение внесудебного соглашения о несубординации и допустимости субординации: когда его можно оспорить?
Взаимозависимость и "порочный круг": как быть с требованиями в рамках группы компаний, где должник одновременно и кредитор, и заемщик?
Что считается "действиями, причинившими вред другим кредиторам в кризисной ситуации?